Что такое комьюнити-центр и зачем он нужен в Тбилиси. Интервью с Аней Саранг, президенткой Фонда Андрея Рылькова

Что такое комьюнити-центр и зачем он нужен в Тбилиси. Интервью с Аней Саранг, президенткой Фонда Андрея Рылькова

Кратко
ФАР создает в Тбилиси комьюнити-центр, где оказывают психологическую помощь русскоговорящим эмигрантам.
Тэги
О проекте
Опубликовано
June 22, 2022

18 июня в Тбилиси прошла презентация комьюнити-центра Фонда Андрея Рылькова*. В нем будут оказывать психологическую помощь вынужденным мигрантам и всем, чье ментальное здоровье пострадало в связи с войной. Команда Reshim. оказала проекту медийную поддержку, а также пообщалась с президенткой фонда и правозащитницей Аней Саранг. Ниже приводим ее монолог на основе нашей беседы.

Мы начали изучать ситуацию в среде политических и других вынужденных мигрантов в Тбилиси уже в прошлом году

Ясно было, что у многих переехавших было много травм и боли, связанной с политической опрессией, невозможностью жить дома, вынужденными расставаниями с близкими людьми, а помощь практически недоступна. После начала войны несколько человек из нашей команды переехали в Тбилиси, вместе с большой частью нашего сообщества, и мы решили, что опираясь на наш опыт, мы могли бы попробовать делать что-то полезное в новых тяжелых для всех условиях.

Для русскоязычных людей проблематично найти местную специалистку, в основном психологи и психиатры ведут прием только на грузинском языке. Система здравоохранения любой страны не была бы готова к такому резкому наплыву мигрантов, а для небогатой Грузии это особенно непросто, поэтому помощь зачастую оказывается недоступна. Решили сделать комьюнити-центр для помощи людям по вопросам психического здоровья и снижения вреда.

image

В Москве мы занимались снижением вреда, работали в области наркополитики и помогали жертвам войны с наркотиками

Последние два года мы делали проекты помощи по ментальному здоровью. Наша команда начала этим заниматься еще во время локдауна в Москве, когда у людей очень сильно обрушилось психическое состояние. Особенно у кого были зависимости. Мы разработали пилотный проект, получили под него небольшое финансирование и смогли оплачивать работу психологов. Сейчас этих денег у нас уже нет, зато сложилась хорошая команда, это редкие специалистки и специалисты, прежде всего не наркофобные. Для нас это очень важно, ведь зачастую люди, которые употребляют вещества, даже своим терапевткам об этом не рассказывают, это большая проблема. Даже если у людей нет сложностей с психоактивными веществами (ПАВ), доверие очень важно, а для людей с проблемами доступ к такой психологической поддержке – это первое, что нужно.

В прошлом году мы разрабатывали алгоритм поддержки для женщин, переживших насилие, многие из них были зависимы. Это одна из самых уязвимых групп людей. При общении с ними мы неожиданно увидели новый огромный пласт проблем, которыми у нас раньше не было возможности заниматься. Многих из них били всю жизнь: сначала родители, потом сверстники, потом партнеры и другие люди, а некоторых даже собственные дети. Мы увидели проблему зависимости в новом свете, и сегодня мы уже не представляем себе программу снижения вреда без психологической помощи. Как говорит известный врач, изучающий зависимость Габор Мате: «Все зависимости – это попытки подавить боль. Поэтому настоящий вопрос относительно зависимостей – это не откуда у человека взялась зависимость, а откуда взялась боль».

В Тбилиси у нас много партнерских организаций, мы стараемся с ними активно сотрудничать

Мы много общаемся с нашими местными коллежанками и коллегами, учитываем их советы. Консультируемся с ними по различным вопросам деятельности НКО в Грузии. Стараемся разбираться в общественном контексте. Хотелось бы, конечно, не скрывать, что мы квир-френдли, что хотели бы помогать секс-работницам, хочется говорить о нашей деятельности открыто. Очень надеемся, что грузинское общество не будет становиться еще более консервативным.

В Грузии у нас много сильных партнерских организаций, отличных специалисток в своей работе. На днях мы проводили встречу сообщества с юристом из общественного движения «Белый шум» в офисе НКО, которая занимается помощью секс-работницам и представителям ЛГБТ+ сообщества.

Пару месяцев назад мы проводили консультацию в офисе организации, они занимаются снижением вреда на рейвах, делают safe space на мероприятиях, делают тесты ПАВ. На консультации мы спрашивали у собравшихся людей, какие у них проблемы, и что они хотят видеть в комьюнити-центре. Сразу стало ясно, что больше всего нужна психологическая поддержка и групповые занятия.

Фото из архива Ани
Фото из архива Ани

Мы также сотрудничаем с международными организациями, для того, чтобы узнать о лучшем опыте работы в подобных условиях. Поскольку в Грузии русскоязычным людям не очень доступны другие ПАВ, вещества в основном очень дорогие и низкого качества, многие начинают употреблять алкоголь в сочетании с транквилизаторами. Бензодиазепины и алкоголь – одни из самых «тяжелых наркотиков» и проблематичных веществ с точки зрения негативного влияния на человека, зависимостей и возможностей снижения вреда. Это наслаивается на серьезные психологические проблемы, связанные с войной и вынужденной миграцией. Мы знаем о нескольких попытках суицида. При этом, помощь даже в критических ситуациях очень ограничена — по местным законам, если люди выживают после такой попытки, их наказывают штрафом в 500 лари (около 170 долларов).

Тем не менее, опыта работы в подобных ситуациях в мире достаточно мало - обычно во время военных конфликтов, когда речь идет о физическом выживании, в приоритете стоят базовые потребности, и психологическая помощь уходит на задний план. В нашей ситуации получается, что зачастую сами люди целы, у них не разрушены дома, но они не могут там жить. Людям нужна экстренная помощь, но не для физического здоровья, а для ментального.

У нас есть для помощи все необходимое — скиллы, команда. Единственное, чего не хватает – денег

Мы всегда работали за счет донорской поддержки, но сейчас даже те доноры, которые поддерживали ФАР на протяжении долгих лет, например, американские корпоративные доноры, больше не могут этого делать из-за политической ситуации и требований своего правительства. Нам придется как-то переосмысливать финансовые стратегии. Мы запустили сбор средств, но с краудфандингом пока тоже не очень, нам нужно 3000 евро, а собрали на сегодня только 400. Пока у нас есть деньги только на офис, кстати, сегодня мы сняли помещение! Там три небольших комнатки для индивидуальных консультаций и одна комната побольше для групповых занятий. Пока нам хватит денег на аренду офиса до сентября, но он абсолютно пустой и стены нужно перекрашивать. Если кто-то хочет помочь нам сделать ремонт, было бы очень круто (смеется). Может у кого-то остались ненужные стройматериалы или мебель — мы примем с радостью. Хочется все сделать своими силами, поедем скоро по барахолкам, будем искать старую мебель и реставрировать.

image

Мы хотим, чтобы двери комьюнити центра всегда были открыты для всех нуждающихся, постараемся максимально заполнить программу: будут индивидуальные сеансы и групповые занятия, воркшопы, телесные практики и много других активностей. Уже на следующей неделе планируем встречи специалисток с теми, кто хочет помогать. Хочется, чтобы комьюнити-центр стал безопасным пространством, в котором можно спокойно посидеть и почилить или пообщаться даже вне занятий.

Концепция всей нашей работы заключается в эгалитаризации профессиональной помощи

Например, в 2012 году, когда мы начали делать проект «Уличные юристы», то стали наших социальных работниц обучать различным юридическим навыкам. После этого они могли проводить полноценные консультации по некоторым вопросам, составлять бумаги и даже представлять людей в суде. Примерно то же самое мы хотим сейчас сделать с психологическими навыками: наши специалистки обучают волонтерок, у которых есть интерес и склонности к тому, чтобы заниматься психологией, терапией и консультировать других людей. Мы в шутку их называем «парапсихологами», по аналогии с тем, как волонтеров в проекте 2012 года мы называли параюристами. Но, по сути, это равные консультантки, которые могут помочь человеку сориентироваться в своих проблемах, составить карту улучшений и поддерживать в попытках решить проблемы ментального здоровья. Мы также делаем большой акцент на обучении сообщества, на передаче профессиональных навыков людям, чтобы они могли пользоваться ими в повседневной жизни – для бережной поддержки самих себя и своих близких.

image

Мы очень рады, что у нас накопился опыт, который дает возможность предложить людям поддержку

Очень надеюсь, что благодаря участию нашего сообщества (местного и международного), проблему с финансированием тоже сможем как-то решить.

Мы уже начали работу по оказанию помощи. На сегодняшний день у нас можно получить онлайн услуги - индивидуальные консультации равных консультанток, психологинь, психотерапевток и психиатрок, а также записаться на несколько онлайн групп поддержки, в том числе для женщин, переживших или живущих в ситуации насилия. Наши специалистки проводят интересные стримы, на которых рассказывают о разных вопросах психического здоровья, например, следующий стрим 23 июня 19:00 по Тбилиси будет посвящен депрессии, его будет вести психиатрка и психотерапевтка из нашего центра Оксана Иоаннисянц.

Пока у нас не появился сайт, следить за анонсами и обновлениями Центра можно в нашем инстаграме, а заполнить форму запроса на услуги или поддержать Центр – на нашей страничке сбора средств на индигоугоу.

Фото с презентации Центра предоставил Денис Тверской.

* Организация-сообщество, площадка для инициатив в сфере защиты здоровья и прав людей, употребляющих психоактивные вещества, секс-работниц, женщин, переживших насилие. По мнению Минюста, Фонд выполняет в России функции иностранного агента.